HotLog смоленск сайт . Купить пиловочник - продажа хвойного и березового пиловочника.
 
Главная >> Статьи

О готовности страны к борьбе с пожарами на природных территориях и их последствиями в 2011 году

 

Специалистам уже давно ясно, что время для подготовки к сезону лесных пожаров 2011 года безнадежно упущено, и в нынешнем году страна еще менее готова к борьбе с лесными и торфяными пожарами, чем в прошлом. Но чиновникам, от которых зависит принятие большинства решений в области обеспечения пожарной безопасности, все еще приходится объяснять, что никаких реальных улучшений по сравнению с прошлым годом в той области пока не произошло, и катастрофические пожары вполне могут повториться. Ниже приводится обзор ситуации, подготовленный как раз для этой цели.
Почему меры, принятые по итогам пожарной катастрофы 2010 года, не смогут принципиально улучшить ситуацию с охраной лесов в 2011 году
После пожарной катастрофы лета 2010 года органами государственной власти Российской Федерации был принят ряд мер, направленных на повышение пожарной безопасности в лесах и на других природных территориях. В частности, был повышен статус Федерального агентства лесного хозяйства и увеличена его штатная численность, внесены большие изменения в Лесной кодекс РФ, увеличено финансирование лесного хозяйства из федерального бюджета, выделены средства на приобретение новой пожарной техники, подготовлен законопроект "О добровольной пожарной охране", принят ряд мер по обводнению осушенных торфяников.
К сожалению, детальный анализ принятых мер показывает, что их совершенно недостаточно для обеспечения пожарной безопасности на природных территориях, и для обеспечения уровня охраны лесов, хотя бы сопоставимого с тем, который существовал до введения нового Лесного кодекса (от 4 декабря 2006 г. № 200-ФЗ). Более того - принятых мер недостаточно даже для того, чтобы приостановить процессы разрушения российской системы государственного управления лесами, резко усилившиеся после введения нового Лесного кодекса.
Фактически в 2011 году Российская Федерация в целом еще менее готова к сезону пожаров на природных территориях, чем год назад, в связи с продолжающимся бегством квалифицированных работников из лесного хозяйства, ростом бюрократизма и показухи, износом технических средств, общим упадком лесного сектора. Ситуация усугубляется наличием огромных объемов сухой мертвой древесины на прошлогодних гарях и ветровалах, которые более чем на 80% останутся нерасчищенными к началу сезона массовых природных пожаров.
Кроме того, в ряде регионов России (Московская, Владимирская, Рязанская, Нижегородская, Свердловская области и др.) сохраняются сотни очагов тлеющего торфа, и некоторые из этих очагов вполне могут пережить весеннее снеготаяние и послужить источниками новых крупных пожаров.
Первые пожары на природных территориях России - палы сухого тростника - уже начались. В европейской России первый в 2011 году крупный тростниковый пал произошел 2 января в Астраханской области, в азиатской России - 7 февраля в Приморском крае. Палы сухой травы, стерни и тростника обычно достигают своего максимума в апреле-мае, и именно они являются главным источником лесных и торфяных пожаров, возникающих в первом полугодии. Ситуация с палами пока развивается по тому же сценарию, что и год назад.


Проблемы, препятствующие эффективной охране лесов от пожаров, оставшиеся нерешенными после вступления в силу федерального закона от 29 декабря 2010 № 442-ФЗ
1.
Отсутствие или катастрофическая нехватка (в зависимости от региона) людей, способных эффективно осуществлять полномочия государственной лесной охраны.
Поправки, внесенные в Лесной кодекс РФ федеральным законом от 29 декабря 2010 № 442-ФЗ, формально восстановили существование государственной лесной охраны путем возложения соответствующих полномочий на лиц, осуществляющих государственный лесной надзор и контроль. Однако, федеральным законом от 02 декабря 2009 года № 308-ФЗ "О федеральном бюджете на 2010 год и на плановый период 2011 и 2012 годов" выделение дополнительных средств, необходимых для увеличения штата работников лесного хозяйства, в ближайшие три года не предусматривается.
Это означает, что новых должностных лиц, для которых охрана лесов станет единственной или главной обязанностью, в ближайшие три года в России не появится. Должностные лица, осуществляющие государственный лесной надзор и контроль в настоящее время (работники органов управления лесами, лесничеств и лесопарков) в настоящее время полностью заняты выполнением иных обязанностей, и времени на выполнение новых обязанностей у них нет. Ситуация усугубляется постоянно растущими объемами отраслевого документооборота, поддержание которого уже занимает (оценочно) около трех четвертей рабочего времени руководителей и специалистов лесного хозяйства, и с течением времени требует все больших усилий.
Кроме того, в большинстве регионов должностные лица, осуществляющие лесной надзор и контроль, не обеспечены необходимыми для охраны лесов материальными средствами - автотранспортом, топливом, форменной одеждой, современными средствами связи и т.д., и средств для приобретения всего этого у органов управления лесами, как правило, нет.
С учетом вышеизложенного, можно с уверенностью утверждать, что как минимум в подавляющем большинстве регионов государственная лесная охрана в 2011 году будет восстановлена только "на бумаге", и эффективной охраны лесов от лесонарушений и пожаров по-прежнему не будет.


2. Наличие бесхозных лесов с неясным правовым статусом, которые вообще никто не охраняет от пожаров и лесонарушений.
С введением нового Лесного кодекса РФ в России появилось значительное количество лесов с неясным правовым статусом, на которые не распространяется в явном виде действие лесного законодательства: учтенные леса на землях сельскохозяйственного назначения ("сельские леса"), неучтенные леса и лесополосы на землях сельскохозяйственного назначения и землях некоторых других категорий. Часть бывших сельских лесов была впоследствии включена в состав земель лесного фонда. Однако, значительные площади лесов, лесополос и древесно-кустарниковой растительности, образовавшейся естественным образом на заброшенных сельскохозяйстввенных землях, все еще не имеют ясного правового статуса. Площадь таких лесов, лесополос и иной неучтенной древесно-кустарниковой растительности составляет, по разным оценкам, от 30 до 70 миллионов гектаров.
Поправки, внесенные в Земельный кодекс РФ федеральным законом от 29 декабря 2010 № 442-ФЗ, формально возложили осуществление мер пожарной безопасности на собственников земельных участков. Однако, во-первых, эти меры в отношении лесов и лесополос, на которые не распространяется действие Лесного кодекса, не определены, и во-вторых, у многих таких лесов есть лишь номинальные собственники, фактически неспособные обеспечивать охрану своих земельных участков.
С учетом этого, следует ожидать, что и в 2011 году лесные и прочие пожары на природных территориях, на которые не распространяется действие Лесного кодекса, будут распространяться практически бесконтрольно, и приводить к массовым пожарам в лесах, на торфяниках и в сельских населенных пунктах.


3. Отсутствие прямого запрета на выжигание сухой травы, стерни, соломы и тростника, и отсутствие системы борьбы с выжиганием сухой растительности на природных территориях.
Выжигание сухой травы, стерни, соломы и тростника является одной из двух главных причин возникновения пожаров в лесах и на торфяниках (наряду с неосторожным обращением граждан с огнем в лесу). Кроме того, травяные палы являются одной из главных причин возникновения пожаров в сельских населенных пунктах и дачных поселках, и нередко становятся непосредственной причиной гибели людей.
Прямой запрет на выжигание сухой травы стерни, соломы и тростника в действующем российском законодательстве отсутствует. Органами государственной власти не только не принимается достаточных мер по борьбе с этим явлением, но и проводится агрессивная рекламная кампания в пользу выжигания сухой растительности. Например, в прошлом году приказом Федерального агентства лесного хозяйства от 29 января 2010 года № 31 органам управления лесами субъектов Российской Федерации было предписано провести "профилактические контролируемые выжигания" сухой растительности на площади 2,27 миллиона гектаров. Лесным планом Московской области предписывается ежегодно проводить такие выжигания на площади 2070 гектаров. Уже есть примеры размещения органами управления лесами субъектов РФ заказов на проведение выжиганий в 2011 году. Практика выжигания сухой растительности для разных целей широко практикуется сельскохозяйственными организациями и органами местного самоуправления, иногда даже с привлечением к этой деятельности школьников.


4. В отсутствие реального контроля за проводимыми выжиганиями (при таких площадях обеспечить контроль силами существующих лесохозяйственных и сельскохозяйственных организаций просто невозможно), и в отсутствие разъяснительной работы с населением, массовые "контролируемые выжигания" превращаются в навязчивую рекламу выжигания сухой травы. Эти действия активно подхватываются населением, в результате чего ежегодно выжигаемая площадь достигает нескольких десятков миллионов гектаров (оценочно, в 2010 году площадь, пройденная палами сухой травы, стерни и тростника составила не менее 40-50 млн. га).
В 2011 году сезон палов сухой травы, стерни и тростника начался с крупного тростникового пала в Астраханской области, произошедшего 2 января. Пик палов сухой травянистой растительности обычно приходится на апрель и май, и в эти месяцы палы ежегодно приводят к многочисленным пожарам в населенных пунктах, лесах и на осушенных торфяниках.4. Нищета лесного хозяйства, отсутствие эффективной системы его финансирования и условий для устойчивого существования жизнеспособных лесохозяйственных предприятий.
Введение нового Лесного кодекса изменило систему финансирования лесного хозяйства и привело к прогрессирующей нехватке средств на самые первоочередные нужды, связанные с охраной, защитой и воспроизводством лесов. До введения нового Лесного кодекса ведение хозяйства в лесах Российской Федерации, включая основную часть работ по охране лесов от пожаров, в основном финансировалось за счет собственных средств лесхозов, получаемых от ведения хозяйственной деятельности.
Новый Лесной кодекс резко ограничил возможности получения собственных средств лесохозяйственными организациями, и одновременно с этим разделил бывшие лесхозы на "управляющие" (лесничества) и "хозяйствующие" структуры, с соответствующим разделением финансирования. В результате хозяйствующие структуры, созданные на основе лесхозов, получили мизерное и негарантированное (с учетом требований федерального закона от 21 июля 2005 г. № 94-ФЗ) финансирование из средств федерального бюджета, и сократившиеся на 1-2 порядка доходы от собственной хозяйственной деятельности. Итогом этого стало значительное сокращение количества людей, занятых в лесном хозяйстве в целом (примерно в три раза за время действия нового Лесного кодекса), и перераспределение штатной численности в пользу управленческих структур.
Федеральным законом от 02 декабря 2009 года № 308-ФЗ "О федеральном бюджете на 2010 год и на плановый период 2011 и 2012 годов" предусматривается значительное увеличение финансирования лесного хозяйства по сравнению с 2010 года - более чем в 1,6 раза (до 33,18 млрд. рублей). Однако, это не позволит достигнуть того уровня финансирования лесного хозяйства, который существовал до разделения лесхозов.
В последний год существования старой системы финансирования (2007) совокупный объем финансирования лесного хозяйства из всех источников, из которых около двух третей приходилось на "собственные средства" лесхозов, составил 36,7 млрд. рублей. С учетом официальной инфляции за четыре года это соответствует 55,1 млрд. рублей в 2011 году. Таким образом, даже просто для достижения уровня финансирования, сравнимого с тем, который существовал до введения нового лесного законодательства, российскому лесному хозяйству в 2011 году необходимо изыскать около двадцати миллиардов рублей в дополнение к финансированию из федерального бюджета - что представляется совершенно невозможным. Но лесному хозяйству сверх того необходимо найти средства на восстановление имущества, утраченного за время действия нового законодательства, и на компенсацию возросших затрат на деятельность управленческих структур.
Отдельно взятые средства, выделяемые на охрану лесов от пожаров в составе лесных субвенций из федерального бюджета (около 3,7 млрд. рублей в 2011 году), вообще несопоставимо малы по сравнению с масштабами недофинансирования лесного хозяйства.
Таким образом, в 2011 году уровень финансирования лесного хозяйства, даже с учетом резко увеличившегося бюджетного финансирования, будет значительно более низким, чем в годы, предшествовавшие введению нового лесного законодательства.


5. Нехватка современной техники и оборудования для охраны лесов и других природных территорий от пожаров.
Пожарная катастрофа 2010 года наглядно показала критическую нехватку современной техники и оборудования для охраны лесов и других природных территорий от пожаров. В связи с этим в 2011 году было запланировано выделение дополнительных средств из федерального бюджета на приобретение пожарной техники и оборудования, частично с условием софинансирования из бюджетов субъектов Российской Федерации.
Однако, средства из федерального бюджета планируется потратить почти исключительно на приобретение той техники, которая предназначается для ликвидации пожаров уже на стадии чрезвычайных ситуаций, а не той, которая позволяет обеспечивать раннее обнаружение и тушение лесных и торфяных пожаров (т.е. предотвращение чрезвычайных ситуаций).
В частности, МЧС выделены средства на приобретение восьми новых самолетов Бе-200 и другой авиационной техники, предназначенной для тушения лесных пожаров. Однако, использование самолетов Бе-200 для тушения лесных пожаров может быть эффективным лишь при определенных специфических обстоятельствах в условиях чрезвычайной ситуации. Реальный вклад самолетов-танкеров в тушение лесных пожаров крайне мал (по самым оптимистическим оценкам - доли процента от общего числа потушенных пожаров), а при тушении торфяных пожаров они практически бесполезны.
Выделенные Федеральному агентству лесного хозяйства 5 млрд. рублей, предназначенные для приобретения новой лесопожарной техники, предполагается целиком потратить на приобретение техники для 135 пожарно-химических станций третьего типа. Данный тип пожарно-химических станций предназначен именно для борьбы с крупными пожарами, достигшими уровня чрезвычайной ситуации. Для раннего обнаружения и тушения начинающихся пожаров использование техники, входящей в состав пожарно-химических станций третьего типа, малоэффективно.
Но и эту технику большинство субъектов Российской Федерации смогут получить и начать использовать в большинстве случаев лишь к концу пожароопасного сезона 2011 года или даже к началу следующего. Это объясняется, во-первых, тем, что регионы пока не получили эти средства, во-вторых, тем, что процедуры размещения заказов, приобретения техники, ее постановки на учет и обеспечения персоналом занимают очень длительное время, и в-третьих, тем, что большинство заводов, производящих лесопожарную технику, находится в состоянии упадка и просто не может быстро выполнять крупные заказы.
Легкую технику, оптимальную для раннего обнаружения и тушения лесных пожаров (малые лесопатрульные комплексы, мотопомпы с необходимым оборудованием, и т.д.), субъекты РФ могут приобретать в порядке софинансирования - но у большинства из них просто нет денег для приобретения этой техники в необходимом количестве.
Таким образом, в 2011 году лесному хозяйству по-прежнему будет катастрофически не хватать современной техники и современного оборудования для эффективной борьбы с лесными пожарами. С учетом того, что значительная часть такой техники у лесохозяйственных организаций в 2010 году пришла в негодность, ее дефицит в 2011 году может оказаться даже более острым.


6. Непрестижность профессии работника леса, отсутствие стимулов для прихода в отрасль молодых квалифицированных специалистов и удержания специалистов с опытом работы.
Катастрофический ущерб престижу профессии работника леса был нанесен еще в 2000 году ликвидацией Федеральной службы лесного хозяйства, после которой на протяжении почти года судьба ее низовых звеньев (лесхозов, лесничеств и других) оставалась неопределенной. Хаотические реформы последующего десятилетия, сопровождавшиеся вытеснением профессионалов с руководящих должностей, ухудшением социального положения работников леса, массовыми увольнениями, изобилием безумных требований, сделали добросовестную работу в лесном хозяйстве совсем не престижной. Несправедливость, допущенная при распределении наград и премий за тушение лесных пожаров 2010 года (про работников лесного хозяйства, потушивших более 90% пожаров, практически забыли), нанесла окончательный и почти непоправимый удар по престижу этой профессии.
Результатом этого является продолжающийся уход квалифицированных специалистов из лесного хозяйства, который не компенсируется приходом новых молодых специалистов. Российские лесные ВУЗы и техникумы готовят достаточное количество выпускников по профильным специальностям, но лишь ничтожно малая часть этих выпускников остается работать в умирающей отрасли.
При том заменить квалифицированного работника леса другими специалистами невозможно, в том числе в борьбе с лесными пожарами. Работа подразделений государственной противопожарной службы, специализирующиеся на тушении пожаров в городах и на промышленных объектах, в большинстве случаев при самостоятельном тушении лесных пожаров оказывается малоэффективной. Неспециализированные структуры, подведомственные МЧС, МВД, Минобороны и другим министерствам и ведомствам, в лучшем случае оказываются способными защищать от огня населенные пункты и промышленные объекты, но бороться с огнем непосредственно в лесах и на торфяниках у них получается крайне плохо.
Как уже отмечалось выше, за время действия нового лесного законодательства количество людей, занятых в лесном хозяйстве, сократилось примерно втрое. На это накладывается еще и снижение профессионального уровня работников лесного хозяйства, вызванное в первую очередь падением престижа данной профессии. Катастрофическая нехватка профессионалов остро ощущалась в 2010 году, и в еще большей степени будет ощущаться в 2011 году, поскольку никаких мер, направленных на восстановление престижности профессии работника леса, за год не было принято.


7. Отсутствие централизованной системы охраны лесов и возможности оперативной переброски сил и средств авиалесоохраны между регионами.
До введения в действие нового Лесного кодекса авиационная охрана лесов от пожаров осуществлялась единой централизованной федеральной структурой (ФГУ "Авиалесоохрана") с подразделениями в регионах. Такая структура позволяла оперативно принимать решения о переброске значительных квалифицированных сил (опытных руководителей тушения пожаров и парашютистов-пожарных) в наиболее горящие регионы, и осуществлять такую переброску при необходимости в течение суток.
После введения в действие нового Лесного кодекса система авиационной охраны лесов от пожаров была поделена между регионами, и ее подразделения теперь организационно никак не связаны друг с другом. Финансирование этих подразделений также осуществляется через органы государственной власти субъектов Российской Федерации. В результате произошедших изменений возможность оперативной переброски сил и средств Авиалесоохраны между субъектами Российской Федерации была ликвидирована. Летом 2010 года принятие решений о переброске специалистов Авиалесоохраны из регионов Европейского Севера, Сибири и Дальнего Востока в горящие регионы центра Европейской России заняло слишком продолжительное время, и специалисты тогда, когда катастрофу предотвратить было уже невозможно.
Более того - многие региональные подразделения, ранее осуществлявшие авиационную охрану лесов, за время действия нового Лесного кодекса развалились и почти прекратили свое существование. Связано это главным образом с тем, что субъекты РФ не имеют возможности постоянно содержать полноценные базы авиационной охраны лесов от пожаров при том, что катастрофические пожары случаются в каждом конкретном регионе раз в несколько лет, а то и десятилетий.
Изменения, внесенные в Лесной кодекс РФ федеральным законом от 29 декабря 2010 № 442-ФЗ, сохранили эту раздробленную на региональные части систему авиационной охраны лесов от пожаров, но ввели так называемый "межрегиональный план маневрирования лесопожарных формирований, пожарной техники и оборудования", предназначенный для обеспечения возможности оперативной переброски сил.
Сохранение фрагментарной структуры Авиалесоохраны неизбежно приведет к дальнейшей деградации и постепенному закрытию большинства ее бывших региональных подразделений. Представляется наиболее вероятным, что основная масса оставшихся квалифицированных работников при сохранении существующей организации авиационной охраны лесов от пожаров уйдет из этой системы в течение ближайших одного-двух лет, после чего на восстановление опытного штата "с нуля" потребуются долгие годы.
"Межрегиональные планы маневрирования" помогут маневрировать только имеющимися ресурсами в рамках имеющегося финансирования. В реальности это означает, что в 2011 году Федеральное агентство лесного хозяйства будет располагать для обеспечения быстрого маневрирования все тем же нераспределенным резервом субвенций, предельный размер которого ограничен пятью процентами от общей суммы субвенций.
Единственное значительное улучшение ситуации с авиационной охраной лесов от пожаров состоит в том, что значительно увеличившееся финансирование самого Рослесхоза позволило ему значительно увеличить средства, выделяемые для организации авиационного патрулирования лесов в Московской области.
Таким образом, в 2011 году ситуация с авиационной охраной лесов от пожаров вне пределов Московской области не улучшится, и новых реальных возможностей для оперативной переброски квалифицированных сил между регионами не появится.


Иные факторы, которые могут привести к увеличению ущерба, наносимого пожарами на природных территориях России в 2011 году


1.
Безответственность чиновников, искажавших и искажающих информацию о ситуации с пожарами на природных территориях и о готовности к тушению пожаров.
Лесные и торфяные пожары 2010 года нанесли столь большой ущерб во многом именно из-за того, что информация о них долгое время преуменьшалась и скрывалась - как от общества, так и от органов государственной власти. В результате режим чрезвычайной ситуации в горящих регионах был введен с опозданием примерно на месяц, а в некоторых регионах, где его необходимо было вводить, он и вовсе не был введен.
Многие конкретные пожары, приведшие в итоге к гибели населенных пунктов и людей, в течение долгого времени скрывались. Например, пожар на территории болотной системы Радовицкий мох и в ее окрестностях, уничтоживший 30 июля 2010 года населенные пункты Моховое и Каданок и приведший к гибели людей, действовал перед этим на протяжении как минимум месяца. На протяжении всего этого времени МЧС отчитывалось об успешном тушении торфяных пожаров, и долгое время отрицало наличие постоянно действующих очагов горящего торфа. В результате должные силы к своевременной ликвидации этого пожара привлечены не были, что и привело к трагическому результату. Аналогичная ситуация наблюдалась практически повсеместно.
27 июля 2010 года губернатор Нижегородской области В.П.Шанцев на правительственном селекторном совещании по вопросу о принимаемых мерах по снижению количества природных пожаров лично заверил правительство Российской Федерации в том, что ситуация с лесными пожарами в области находится под контролем, и что никакая дополнительная помощь от федеральных властей Нижегородской области не нужна. Через два дня после того крупный лесной пожар (который 27 июля уже действовал) уничтожил поселок Верхняя Верея и еще несколько населенных пунктов Выксунского района Нижегородской области, и привел к гибели по меньшей мере 22 человек.
За искажение информации о лесных и торфяных пожарах и несвоевременное информирование о том, что пожары вышли из-под контроля, никто из высокопоставленных руководителей не понес никакой ответственности (даже руководитель Рослесхоза А.И.Савинов был не уволен, а переведен на новую спокойную и комфортную должность).
Совершенно очевидно, что в результате этого и в 2011 году практика повсеместного искажения и сокрытия информации о лесных и торфяных пожарах продолжится, что может опять привести к гибели больших площадей леса, населенных пунктов и людей.


2. Уверенность большей части населения, что "в случае пожара МЧС всех спасет" и что "если дома и имущество сгорят, государство поможет все восстановить", ведущая к самоуспокоению и отсутствию должных мер по защите себя от пожаров.
Навязчивая реклама МЧС и сильно преувеличенные сообщения об успехах в борьбе с пожарами привели к формированию у большей части населения, не знакомого с реальным положением дел в области пожарной безопасности, твердой уверенности в том, что "случись беда - МЧС всех спасет". Поэтому большинство сельских жителей, даже живущих в зонах повышенного риска, весьма халатно относится к вопросам собственной пожарной безопасности, и в основном рассчитывает не на свои силы, а на государство в лице МЧС.
Сообщения о том, что всем погорельцам 2010 года за государственный счет в кратчайшие сроки восстановили сгоревшее жилье, также способствуют более равнодушному отношению граждан к вопросам собственной пожарной безопасности. Тот факт, что жилье восстановили не всем, и что по действующему законодательству восстановление жилья не является обязанностью государства, в наиболее массовых государственных СМИ не освещался, и большинство граждан о нем не знает.
Навязчивая реклама МЧС в сочетании с максимально демонстративным восстановлением жилья погорельцам убедило многих граждан в том, что пожары, угрожающие их населенным пунктам, на самом деле не так уж страшны: государство или защитит граждан и их имущество от огня, или, если защитить не сможет, все потери компенсирует.
Потому в 2011 году многие граждане, возможно, будут еще более равнодушно реагировать на пожары в окрестностях своих населенных пунктов - по крайней мере до тех пор, пока угроза не станет прямой и явной.


3. Ухудшение условий для развития пожарного добровольчества - возможное принятие федерального закона "О добровольной пожарной охране".
Ситуация с охраной сельских населенных пунктов от пожаров за последние два десятилетия существенно ухудшилась по сравнению с советским периодом, главным образом из-за исчезновения абсолютного большинства добровольных или нештатных подразделений пожарной охраны. По самым скромным оценкам, около сорока тысяч сельских населенных пунктов в Российской Федерации не обеспечены государственной пожарной охраной (т.е. пожарные не могут прибыть в эти населенные пункты в нормативное время).
После пожарной катастрофы 2010 года пожарное добровольчество в России начало возрождаться. Однако, этому возрождению может быть положен конец, если вступит в силу федеральный закон "О добровольной пожарной охране" в редакции, предлагаемой МЧС, в настоящее время уже принятый Государственной Думой в первом чтении. Этим законопроектом создаются практически непреодолимые финансовые и бюрократические препятствия для развития пожарного добровольчества, особенно в небогатой сельской местности. Принятие этого закона в редакции МЧС неизбежно приведет к таким же последствиям для развития пожарного добровольчества, к каким принятие в 2006 году нового Лесного кодекса РФ привело для развития лесного хозяйства.
Законопроект предусматривает возможность существования добровольной пожарной охраны исключительно в форме общественных организаций и общественных учреждений, с обязательным наличием ряда штатных должностей и возложением на эти подразделения обязанностей, сопоставимых с обязанностями государственной пожарной охраны. Требование существования добровольной пожарной охраны исключительно в форме юридических лиц автоматически означает необходимость лицензирования деятельности добровольной пожарной охраны, что многократно усложняет условия ее существования, а в большинстве случаев делает это существование невозможным. Кроме того, законопроект предусматривает обязательное ведение федерального реестра добровольных пожарных и невозможность участия граждан в добровольной пожарной охране без регистрации в том реестре (что неизбежно создаст дополнительные бюрократические препятствия для граждан).
Обязанности, возлагаемые на добровольную пожарную охрану в соответствии с данным законопроектом, велики (примерно равны обязанностям, возлагаемым на государственную пожарную охрану) и безусловны, в то время как права и социальные гарантии, предоставляемые добровольным пожарным - условны, и зависят от их собственных финансовых возможностей и от доброй воли учредителей. В соответствии с финансово-экономическим обоснованием к данному законопроекту, выделение средств на его реализацию из федерального бюджета не предполагается. Федеральным законом от 02 декабря 2009 года № 308-ФЗ "О федеральном бюджете на 2010 год и на плановый период 2011 и 2012 годов" выделение средств на поддержку развития пожарного добровольчества не предусматривается.
Таким образом, законопроект вводит весьма значительные финансово-бюрократические требования к деятельности добровольной пожарной охраны, но не предусматривает выделения средств на компенсацию расходов, связанных с выполнением этих требований. Из этого следует, что расходы, связанные с реализацией данного закона, в основном лягут на самих добровольцев или на учредителей добровольческих организаций (в случае наличия таковых). Расходы эти столь велики, что в условиях небогатых сельских населенных пунктов развитие пожарного добровольчества станет практически невозможным.


4. Отсутствие достаточных мер, способных решить проблему пожарной безопасности на осушенных торфяниках и брошенных торфяных месторождениях.
Несмотря на активное обсуждения вопроса об обводнении осушенных торфяников летом и осенью 2010 года, реальные работы были проведены в крайне незначительных объемах (как и после пожаров 2002 года). В частности, в Московской области, которой были выделены целевые деньги из федерального бюджета на эти работы, общая площадь обводненных торфяников, по предварительным официальным данным, составила около шести тысяч гектаров, что составляет около пяти процентов от общей площади осушенных и частично осушенных торфяников региона. В других регионах ситуация еще хуже - о сколько-нибудь значительных объемах по обводнению торфяников в них вообще ничего не известно.
Выполненных в Московской области работ по обводнению осушенных торфяников оказалось недостаточно даже для того, чтобы остановить тление торфа, в том числе на участках, расположенных вблизи автомагистралей и населенных пунктов. По состоянию на начало февраля сотни очагов тления торфа были известны в Московской, Владимирской, Рязанской, Свердловской, Челябинской областях; предположительно, тление торфа сохранялось также в ряде других регионов Центрального и Приволжского федеральных округов. Большинство выявленных очагов тления торфа погаснет при весеннем снеготаянии, но некоторые из них, расположенные на участках с наибольшей остаточной мощностью торфяной залежи, могут сохраниться до начала нового пожароопасного периода, и стать источниками новых крупномасштабных торфяных пожаров.
Какой-либо единой системы обеспечения пожарной безопасности на осушенных и выработанных торфяниках в настоящее время в Российской Федерации не существует. Восстановление торфяных предприятий в том виде, в котором они существовали во времена СССР, представляется совершенно невозможным в связи с очевидной экономической бесперспективностью и экологической опасностью использования торфа в значительных объемах как топлива. В настоящее время осушенные и выработанные торфяники относятся к землям разных категорий и разной принадлежности, что затрудняет организацию мер по предотвращению и ликвидации торфяных пожаров

 

Лесной форум Гринпис